О НАС ПИШУТ

         
  Главная

Новый номер

Архив

События

О нас пишут

Лауреаты

Гостевая книга

Магазин


Яндекс.Метрика


 

Сайт www.litinstitut.ru, 13 декабря 2007 г.


Сайт www.litinstitut.ru, 13 декабря 2007 г.



28 ноября 2007 года в Центральном доме литераторов на Большой Никитской состоялся авторский вечер поэта Владимира Кострова, посвященный 50-летию его творческой деятельности.
Владимир Андреевич Костров профессор Литературного института им. А. М. Горького, академик Международной академии духовного единства народов мира, председатель международного Пушкинского комитета и вице-президент Международного Пушкинского Фонда "Классика".
Владимир Костров — лауреат ряда литературных премий: Государственной премии России, премии правительства России, премии мэрии Москвы, Большой литературной премии России и др.
Он трижды лауреат телевизионного конкурса "Песня года" (на его стихи написаны песни многими известными композиторами, среди которых Вано Мурадели, Александра Пахмутова, Лора Квинт и др.), автор либретто оперы Л. Квинт "Джордано".

В авторском вечере приняли участие председатель союза писателей России Валерий Ганичев, известные актеры, композиторы, музыканты, среди которых Народный артист СССР Василий Лановой, Народный артист СССР Михаил Ножкин, Народный артист России Аристарх Ливанов, кинорежиссер Игорь Черницкий, композиторы Николай Романов и Юрий Алябов, певица Стела Аргату. Вступительное слово произнес ведущий вечера поэт Геннадий Красников, преподаватель Литературного института им. А. М. Горького.

Вступительное слово Геннадия Красникова

Когда-то была известной книга воспоминаний русского дипломата и генерала Игнатьева "Пятьдесят лет в строю". Казалось невозможным измерять человеческие дела такими нечеловеческими масштабами!.. И вот сегодня мы отмечаем столь же значительное событие — "Пятьдесят лет литературной деятельности", а по сути — "Пятьдесят лет в строю!" — одного из самых блестящих поэтов двух веков ХХ и ХХ1-го (тоже масштабы!) — Владимира Андреевича Кострова!..

У поэта Георгия Иванова есть статья с весьма символичным названием — "Без читателя". Речь в ней идет об эмиграции. И хотя здесь собралось немало читателей и почитателей Владимира Кострова, все-таки можно сказать, что мы тоже живем сегодня как-будто в изгнании в собственной стране — без читателя, без своей культуры, без национального правления...

"Пятьдесят лет в строю" для Владимира Кострова — это значит — в боевом походе, в отстаивании тех духовных и нравственных высот, которые оставили нам наш народ, наша история, Пушкин... Об этом болит сердце настоящего русского художника, этим живет поэзия Владимира Кострова. Увы, сегодня мы являемся свидетелями довольно мрачных вещей. Ведь вот уже некто Константин Кедров публично заявляет: "Пушкин — это наше ничто!" (Интервью было напечатано в журнале "Футурум АРТ". — ред.). А некий журнал "Ньюсуик" публикует статью о том, что поэты должны быть гламурными, то есть модными, поражать воображение обывателя, участвовать в скандалах и тусовках, не то, мол, не выделиться...
Недавно в Германии за двадцать тысяч евро была продана картина, нарисованная обезьяной. Кстати, думается, что эта обезьяна была гуманней и благородней Константина Кедрова и ему подобных, низводящих литературу до обезьяньей мазни...

На самом деле главная проблема культуры сегодня — это проблема совести. В этом была и главная идея творчества Достоевского, говорившего о том, что "русский человек без Христа — проходимец"...

Думая о поэзии Владимира Кострова, для которого "проблема совести" всегда самая насущная и тревожная, — приходишь к убеждению, что в нашем Отечестве истинные поэты по своей сути — ангелы-хранители России. Не люциферы. Не соблазнители, не разрушители, не растлители. Еще в середине 80-х годов Владимир Костров обозначил универсальную формулу поэзии, по которой в стихах должна быть соблюдена двуединая мера: "этика содержания" и "этика формы"... Из этой формулы очевидно: для кого Россия не стала судьбой, тот не стал поэтом. Тот не стал русским поэтом.
Выходец из крестьянской русской семьи, Костров принадлежит к той культуре, о которой Есенин говорил Николаю Клюеву: "Мы с тобой не низы, а самоцветная маковка на златоверхом тереме России; самое аристократическое, что есть в русском народе".
При этом Владимир Костров — по сути своей, по образованию, по мировоззрению и мироощущению — конечно же — европеец, но европеец, счастливо сочетающий в себе линию и крестьянскую и европейскую, линию Пушкина и Некрасова, Лермонтова и Кольцова, Тютчева и Никитина, Гумилева и Есенина... Именно поэтому можно сказать, что Костров — истинно народный поэт, сочетающий в себе национальную самобытность и высокую книжную культуру! Как истинно народный поэт — он обладает чувством юмора, ему свойственны светлая улыбка, озорное слово, но и печаль, глубокая дума !

Костров окончил химфак московского университета, как ученому ему прочили большое будущее... Костров — безусловно настоящий интеллектуал. Недаром он признан лучшим переводчиком французских стихов Тютчева, сложнейшего русского поэта-философа. Его суждения о литературе, о политике, об искусстве всегда — интересны, самобытны, взвешены. Мне кажется несправедливым, что Владимир Костров редко обращается к жанру эссеистики, к размышлениям о поэзии, о природе творчества. Это стало бы еще одной важной страницей его творчества! Даже и те немногие рассыпанные по небольшим заметкам и беседам его высказывания, запоминаются своей афористичностью, глубиной и серьезной продуманностью. Он всегда говорит о самых насущных, самых главных проблемах, например, о том, что "Сохранить литературу мы можем лишь через простодушие, через ее слитность с простым народом, через обращение к живому языку, к фольклору".

И вполне закономерно, что эти впечатляющие годы служения литературе, русскому слову — связаны у Владимира Кострова дружбой и духовной близостью с самыми выдающимися и яркими людьми отечественной культуры — с Георгием Свиридовым, Ярославом Смеляковым, Николаем Старшиновым, Виктором Боковым, Валентином Распутиным, Василием Беловым, Владимиром Крупиным, Валерием Ганичевым, Борисом Тарасовым, Валерием Гаврилиным, Георгием Жженым, Василием Лановым, Михаилом Ножкиным, Аристархом Ливановым, Натальей Нарочницкой...

В истории литературы останутся не только его классические русские стихи и талантливые песни, но и особого рода работа, которую я назвал бы культурологической. К этому я отношу участие Владимира Кострова в создании знаковых для отечественной культуры книжных проектов. Так, — в 1999 году под общей редакцией Кострова в издательстве "ОЛМА-ПРЕСС" вышла итоговая —
1. Антология "Русская поэзия. ХХ век".

2. К 60-летию Победы в Великой Отечественной войне при его участии был выпущен в издательстве "Олимп" — двухтомник "Час мужества" (стихи) и "Священная война" (песни Победы).

3. В этом году под редакцией Владимира Кострова в издательстве "Синергия" 30-тысячным тиражом вышла грандиозная пятитомная антология русской поэзии ХХ века, которая поступила во все школы и учебные заведения Москвы!

Я благодарен судьбе, что мне посчастливилось не только дружить с Владимиром Костровым, но и потрудиться вместе с ним над этими уникальными изданиями!.. И что в разные годы вышли две поэтические книги поэта — с моими вступительными статьями!..

Мы не знаем своей России, — могу повторить я вслед за Гоголем. Помочь открыть ее может только национальная наша культура. Читая стихи Владимира Кострова, мы видим, что Россия жива, хотя и чувствует свою тяжелую болезнь. Россия верит в свое выздоровление и порукой тому — ее современная поэзия, яркое поэтическое слово Владимира Кострова!..

Однажды состоялся разговор Георгия Иванова с Зинаидой Гиппиус, Георгий Иванов, зная жесткость и нелицеприятность оценок Зинаиды Николаевны, сказал ей:
— Да ведь вы меня, кажется, ни в каких смыслах не признаете...
— Признаю, — ответила она, — но только в двух смыслах, и они столь важны, что ими можно удовлетвориться. Вы пишите хорошие стихи и верите, что Христос воскрес. Чего же еще?.. Вот этим двум смыслам русский поэт Владимир Костров — как никто другой — отвечает в полной мере! Он пишет прекрасные стихи и верит, что Христос воскрес! Чего же еще?

50 лет в строю, — не фунт изюма. Но останавливаться нельзя, Владимир Андреевич! Поэтому, как говорил наш учитель и друг Николай Старшинов: "Перемотай обмотки, и вперед!".