ЗИНЗИВЕР № 3 (83), 2016

Перекличка поэтов


Роберт КЕССЛЕР
Поэт. Получил филологическое и биологическое образование в Ростовском государственном университете, работал в газете на стройке Запсиба (Новокузнецк). В НИИБиологии ЮФУ (Ростов­на­Дону) до последнего времени руководил лабораторией культуры клеток и тканей, кандидат биологических наук. Член Союза писателей XXI века. Публиковался в журнале «Дети Ра», газетах «Литературные известия», «Поэтоград» и др. В настоящее время живет в Москве.



ТИШИНЫ БАРХАТНЫЕ ЗВОНЫ
 
* * *

Алмазная амазонка
В хрустальных туфельках
Оборачивается, раздвигая бедром
Бамбуковые кастаньеты.
Взгляд, парализующий дыхание.
Перламутровые ноготки,
Подмигнувшие на прощанье.
Бестия парамагнитная.
Ушла. Ушла. Ушла!
Я — железная звезда.
Я — звездное желе.
Бандерильи мои,
Бандерильи!



* * *

Чистое золото любви
Размениваю на водяные знаки
Неписаных стихов
Или на высушенные цветы
Написанных. Трава забвенья.



* * *

Жгуч июнь — небесный желтый тигр.
В нем когти гроз и полосы дождей.

А ждем мы тихого бездумного дождя
На трещины сухой запекшейся души.

Прохлада ночи. Бой колоколов
На севере — в Москве.

Тигр щурится и засыпает.
И мириады звезд
Переливаются на шкуре золотой.



* * *

Морские воды. Город из песка.
И крест на куполе —
Две связанные спички.
Здесь зыбко все и вечно.



* * *

На розовой лопасти ногтя
Уснула пчела.
И ты отдохни.



* * *

Посмотри, облака растворяются в небе,
Как думы мои.



* * *

За спиной твоей шиповник весь в цвету.
Розочки его, как ласковые взгляды
Вослед тебе.



* * *

Ты шла навстречу. Вспыхнул черный огонь.
Я не узнал тебя.
Прекрасной и другой.
Ты сквозь меня прошла.
И я тебя в дыханье задержал.
И выдохнуть боюсь.



* * *

Ночь укоризненно и ласково шептала:
Трава уже зеленой быть устала.



* * *

Что там кружится? Белое платье
Или белые крылья яхт?
Я не хочу быть замерзшим пузырьком
Воздуха во льду.
Я бегу, вовлекаюсь в круженье
Белого света.
Я лечу в белом вихре,
Лечу в белом вальсе.



* * *

У тишины есть бархатные звоны,
Есть звезды, неподвластные уму,
Доступные, свободные короны,
Надетые на тьму.
Душа созвучна гимну вечной ночи
И князю тьмы покорная слуга,
И, жизни вопреки,
Она не хочет
К покинутым вернуться берегам.



* * *

Тихий вечер — он приходит. Он опять придет.
В красном платье из заката, с тяжестью серег,
С теплотой прикосновенья ласковой руки.
Он придет — тот теплый вечер,
Только подожди.



* * *

Чего желать, куда стремиться,
Когда летит в обход речей
Центростремительная птица
Твоих очей!



* * *

Мoe сердце не плачет.
То дождь за окном
Обнаружил под вечер
Внезапную слабость.

Мое сердце не ждет,
Ожидание — в том,
Кто цветущею веткой
Стучит из вечернего сада.



* * *

Ах, коготки — красавицы,
Ах, плечики — бретельки!
Идут, — так ходят клавиши
На байковые стельки.



* * *

Какая ранняя печаль
Рукой ложится на плечо.
Бренчит расстроенный рояль,
И льется песня ни о чем.
Идут друзья.
Квадратный стол.
Чья это песня, мука чья?
Бутылка, падая на пол,
Убила муравья.



* * *

А дом ли это? Клавиши рояля,
И музыка зеркальною струей
На пол текла.
А, может, кавалькада
За шелковым мерцающим дождем
И ноги белые
Несущих приведенья лошадей
То были?
Быть может, так.
Страницы шелестели,
Шуршали в щелях комья темноты.
А, может, крылья с ангелов слетели
И, серебрясь, упали с высоты?



* * *

Ночь. Не дыши.
Гримасы дня, как блики огня,
На ликах души.
Гусиные перья на книге поэта.
Мускатные свечи
Блуждают на бале.
Интимно звучат междометья,
И женские плечи
Так матово светят в ночи.

В бесконечном магнетизме
Мертвые бабочки
Лежат у подсвечников.