ЗИНЗИВЕР № 1 (17), 2010

Шота Иаташвили

Поэт, прозаик, переводчик, литературный критик. Родился в 1966 году в Тбилиси. Автор восьми поэтических сборников и трех сборников рассказов.
На грузинский язык переводит стихи американских и современных русских поэтов.
Участник международных поэтических фестивалей: «ORIENT — OCCIDENT» в Румынии (Курт де Арджес, 2006), «EST — OUEST»  во Франции (Ди, 2006), «Poetry International» в Голландии (Роттердам, 2007), V и VI Биеннале поэтов (Москва, 2007, 2009), «SOTZIA»  (Таллинн, 2008), «Дни поэзии» (Рига, 2008), «Киевские Лавры» (Киев, 2009) и др. Лауреат премии «Саба» за лучший поэтический сборник года (2007) и международной премии фестиваля «Киевские Лавры» (2009).
Кроме русского, его произведения переведены на английский, немецкий, французский,  нидерландский, португальский, румынский, азербайджанский, албанский, украинский, эстонский и латышский языки. Живет в Грузии.



СТРАСТЬ МЕЖДУ ВЕТРАМИ И РОЗАМИ
 
Дом

вот он
вот он — дом
вот он — мой дом
                маленький
                        как земля
                тихий
                        как ураган
                нужный
                        как пепси-кола

вот он
вот он — дом
вот он — твой дом
                теплый
                        как летнее платье
                сладкий
                        как алыча
                прочный
                        как шелк

вот он
вот он — дом
вот он — наш дом
                прозрачный
                        как дождливая погода
                уютный
                        как сердцебиение
                полный жизни
                        как осенний сад

вот он
вот он — дом
вот он — наш дом
                с подбитыми вилками
                с расшатанным креслом
                с картинками друзей на стенах

вот он
вот он — дом
вот он — наш дом
                я открою дверь
                покурим что ли?
                поговорим о Диккинсон
                будем инжирное варенье
                будем чай будем ликер
                Цоя будем слушать
                и друг друга будем
                                         будем танцевать я и ты
                                        и
                                    ты и ты
                                       улица с балкона
                        кажется
                         спокойнее
                                       вон те — они шепчутся
                шепчутся светильники
                шепчутся игрушки
                        на пианино

вот он — дом
вот он — этот дом
вот он — этот дом
                который
                                   наш
                слепящий
                                   как мак
                брызжущий
                        как фонтан
                безоблачный
                        как наша любовь

вот он — дом
вот он — этот дом
вот он — этот дом
                который
                наш
                который
                мы
                так и
                не построил

Перевела с грузинского Анна ГРИГ



Цветок в подарок тогда,
когда ты порезала осколками стакана ногу

Луч солнца,
что должен был пройти сквозь хрусталь и
разложиться маленькой,
домашней, желанной радугой,
сейчас без препятствий пересечет
всю комнату и
набросится на тапочки, позабытые в углу.

Вода,
что должна была пройти, очищенная, через кран и,
наполнив стакан,
стать частью твоего тела,
сейчас хлынет
на грязные тарелки, оставленные в раковине.

Кровь,
что не должна была вытечь из твоей ступни
и окропить хрустальные осколки и пол,
сейчас, немного испуганная,
ждет, когда я подую на ранку
и приложу к ней ватку с йодом.

Вот почему именно сейчас
тебе нужен
в подарок цветок, который
условно называют Любовь.

 Перевела с грузинского Елена ЗЕЙФЕРТ



Ночь
(для Софо, которая в Америке)

Мне ночь — тебе солнце американское.
Мне ночь — тебе платье примерять в супермаркете Монтгомери.
Мне ночь — тебе галдеж и суета вокруг...
Мне ночь — тебе радуга в небесах.
Мне ночь — тебе путаться в километраже,
Мне ночь — тебе знать, что я далеко,
Мне ночь — тебе все мои стихотворенья.
Мне ночь — тебе солнечно по-американски.
Мне ночь — тебе завтракать в одиночку.
Мне ночь — тебе в утренний душ.

Перевела с грузинского Сусанна АРМЕНЯН



Страсть между ветрами и розами
 
* * *

Тысяча ветров, оборвав лепестки у тысячи роз,
Окончательно затормозят у тысячи раз желанного
Твоего тела.



* * *

Я видел, как ветер, к тебе несущийся
Со скоростью 10 м в секунду,
В десяти сантиметрах от тебя
Вдруг замер.



* * *

Вот ты стоишь, и вокруг по самую шею
Валяются отвердевшие детали этого ветра.



* * *

На носки вздымаясь, вытягивая шею,
Ты хочешь увидеть, как я,
Сидя на корточках, за грудой ветров,
Пробую их очертанья руками.



* * *

Ты волнуешься, ибо, почти погребенной в ветрах,
Тебе ничего уже не поможет, если только
Мне не вздумается растащить этот стог.



* * *

Теперь же меня гораздо больше волнует
10000 признаков тысячи ветров,
выступивших на их отвердевших обломках.



* * *

В небе витает 100 000 листьев,
Рушатся розы камнями на голову.



* * *

Розы и ветер — ветер и розы…
Больше ни в чем нужды у поэзии быть не могло.



* * *

Не бойся, насытившись их лицезреньем.
Я, пробивая дорогу, направляюсь к тебе,
По сторонам разбросаю ветра куски,
Подам тебе руку и выведу с миром,
и только тогда скажу:



* * *

Возляжем на этих обломках роз и ветров,
Лаская друг друга и слушая тайные звуки.



* * *

Ты соглашаешься и покорно
Протягиваешь губы и лоно,
И, навострив уши,



* * *

слышишь шепот от одной «O, rose…»
От второй «веет ветер, веет», от третьей
Еле слышный шорох каких-то
сладких персидских слов.



* * *

1000 ветров, оборвавших тысячу роз
У тысячи раз желанного твоего тела,
Стихли, бросив у ног твоих свои песни.



* * *

И я единственный, тот, кто,
У ног твоих сотворив этот трон,
Уложил тебя на него и заставил слушать.



* * *

И потому, овладевая тобой,
Вместо привычного женского стона
До меня доносился лишь шелест роз,
Колеблемых ветром.

Перевела с грузинского Кети ЧУХРОВ
Сегодня производство грузовых подъемников хорошо освоилось в России